January 29th, 2013

всего-то

уже говорила, что весело и без клиники могу существовать только в диапазоне восхищения. кого-то и чего-то. рядом взвинчено шоб жил каждый встреченный, иначе вяну.

пафос отметаю сразу, рву (и меня рвёт) слова с Большой Буквы. но не будь спокоен и умиротворён, товарищ, мы не читаем-с ненужной-с литературы-с. что я этим хочу сказать? да ничего особенного. то, что говорил пьющий Хайям, а вы с вашим пафосом не уловили: «чтоб мудро жить, знать надобно немало, два важных правила запомни для начала», два, повторяю, всего-то два!!

никто никого никогда

Сын приносит сюрпризы в виде решенных уже событий, которые никаким боком меня не касаются. То есть, ставит в известность и отбегает, чтобы потом месяц не звонить. Я стою и хлопаю глазами, как чужая. И ведь ситуация эта длится уже огого.

Я-то помню, что груз всеобщей разрухи одна тащила на своих плечах, я боец сдавшейся армии, я многое из военных новостных сводок помню.

В частности, лихой неурожайный год, отключенный холодильник, скрюченную лапу безденежья. Из еды был только спирт ройяль, поклевав который весело дохли мухи.

Нене, у сына были отдельные сусеки, с первым-вторым-третьим, я вечно колотилась в муке и в обмене пшена на рис. Ничего никто не помнит. Яростные материнские наказы для последующих поколений – пыль и труха, и ещё - возможность всё перечеркнуть. Я сама такая.

так лучше, чем спускаться

кого стихи не догнали в 12 лет – уже не догонят. в 12 я как-то сама вырулила: от пыльных полок со стихами, в книжных завалящих магазинах нашей родины. помню сарай покосившийся в деревне афанасьево, на ежегодной отработке в колхозе. там бодлера и встретила. в сложных осенних сумерках, по колено в грязи, несла его через мрачный лес с подвыванием то ли собак, то ли волков. надо ли говорить, что к бодлеру маньяки не пристанут, отпугивает.

Collapse )