December 21st, 2013

(не)странное время

«В этом году таки сделала доброе дело. Это было чуть до или чуть позже «Сада». Я ехала в метро, на грязном жидковатом полу лежал кленовый лист. Все входили и выходили из вагона, и каждый шаг как по сердцу, но все же случайно не наступили. Я все боялась поднять, потом наклонилась и подняла, все посмотрели немного удивленно. Я вынесла его в черный живой воздух и перекинула за ограду в сад. Подул ветер и его унесло в самую глубь» (Елена Шварц. Дневники) А что сделали вы? Я тоже время зря не теряла: у Оли в усадьбе выпустила бабочку. На веранде дверь была открыта, но бабочка почему-то вернулась, скользнула по щеке, прощаясь.

А до этого спасла ещё одну: она ехала со мной в автобусе, усевшись мне на колено. Сначала поразжимала ручки в чёрных перчатках (сама была белая с крапинкой, в стиле модерн), а потом сложила устало перламутровые крылышки, и так и ехала. Потом я высадила её в траву, она так и не проснулась.

Или это было в прошлом году? Ну, тогда в этом – я ничего хорошего не сделала, не буду праздновать 31-е.

А праздновать можно многое: например, выпуск из тюрем и застенков. Герои должны быть на свободе, а кто наоборот – тоже. Потому что свобода есть свобода, и это единственное, что есть у нас, на самом-то деле. Я бы еще выпустила из ссылок и застенков всех нас: оставила бы только тех, кто в куршавелях и на гоа.

Как и следовало ожидать, весь земной шар устроил слежку за ходорковским: куда он и с кем. Ему сейчас и не поесть спокойно.

Collapse )